Горячий привет твоей Элл. Низкий поклон Карене Аргосской.

Кир.

P.S. Я уже собирался отправить тебе это письмо, когда мне принесли весточку из Франции от Жака Терье. Он пишет о колоссальном эффекте, который дает предложенный тобой способ борьбы с "изумрудной чумой". Тысячи ползающих шишек устремляются на приманку, как мухи на мед!

Поздравляю! Это ведь тоже грандиозный успех!

Но, знаешь, странное дело: умом-то я радуюсь, а душой... Только представлю себе, как эти глупые шишки ползут навстречу собственной гибели к источнику ультрафиолетовых излучений, так их жалко становится, хоть плачь!

Кир".

- Если бы все было так просто и очевидно, я не примчался бы к тебе за помощью, - сказал Альберт Пранов и устало опустился в кресло, которое заботливо придвинул Юл. - Все красиво, пока эксперимент ведется в пробирке. К сожалению, в организме больного все протекает совершенно не так. Карена мгновенно теряет активность. По-видимому, ее угнетают какие-то участвующие в этом процессе гормоны, которые необходимо нейтрализовать.

- Да, но для этого нужно знать, какие именно гормоны угнетают Карену! А на этот вопрос нельзя ответить без полных исследований всех ее биохимических свойств!

- Вот потому-то я к тебе и приехал.

- Пока ничем тебе не смогу помочь.

- То есть как?

- А вот так! - Юл вскочил и стал возбужденно ходить перед Альбертом, чеканя каждое произносимое слово: - Все, что мы знаем сейчас о Карене, это капля в море по сравнению с тем, что нам предстоит изучить! Можешь считать, что мы не знаем о ней ни-че-го! Три месяца назад я с пеной у рта доказывал необходимость всесторонних исследований Карены. А Кир считал, что этим не поздно заняться и через год! Где я теперь возьму необходимые данные?

Юл устало прикрыл глаза и ясно представил себе осунувшееся, покрытое жесткой щетиной лицо. Кир лежал, запрокинув голову. Говорил медленно, монотонно и тихо, казалось, слова произносит за него кто-то другой.